— Это про меня, — обреченно прошептал Эсков. — Значит, от судьбы не уйдешь!
Я начал подбадривать его, но ненасытный взгляд Блаймэна скользнул как раз по нашему флангу. Я резко повернул голову.
— Слушайте, а не то останетесь на дне! — прорычал лейтенант. — Некоторые люди хорошо переносят давление, некоторые — не очень. Сегодня мы проверим, как обстоят дела у вас. Повышенная чувствительность к давлению проявляется в следующих симптомах. Во-первых, резкая головная боль. Во-вторых, мелькание ярких пятен перед глазами. В-третьих, звуковые галлюцинации — например, из глубины вам послышится звон колокола и тому подобное. Если у вас появится хотя бы один из таких симптомов, немедленно возвращайтесь в переходной шлюз. Мы втащим вас на плот, а там врачи приведут вас в порядок. Но если вы не обратите внимания на эти симптомы…
Он замолчал и бросил холодный взгляд на Эскова. Боб не дрогнул, но я почувствовал, что ему явно не по себе.
— Запомните, — продолжил инструктор, — что если вас даже отчислят из академии, вы легко найдете работу на торговых судах. Но мертвые курсанты не нужны нигде.
Он посмотрел на часы.
— По-моему, с вас достаточно. Фэрфэйн, ваши люди свободны!
Курсант-капитан вышел из строя и повернулся к нам лицом.
— До погружения — сорок минут. За это время — позавтракать, получить укол и надеть снаряжение. Курсанты, воль-но!
Мы с Бобом наспех поели и быстро поднялись по трапу. Большинство из наших однокурсников еще не закончили завтракать, но у нас здешняя еда не вызывала аппетита. Во-первых, на нас испытывали специальный рацион подводников, не отличающийся приятным вкусом. Во-вторых, нам хотелось посмотреть на восход солнца в открытом море.